Отключить

Купить билеты

Пресса

Наталья Шурганова: «Женщина – это подарок»

31 августа 2013

Балетмейстер Наталья ШургановаОдной из первых премьер нового творческого сезона в Красноярском ТЮЗе станет спектакль с интригующим названием «Эстроген». Но неожиданность – не только в названии, означающем гормон женской молодости, но и в самом решении. Жанр «Эстрогена» обозначен как вечер танца, это будет первый в репертуаре театра хореографический спектакль, с небольшими драматургическими вкраплениями. Постановкой его занимается балетмейстер Наталья Шурганова, уже знакомая красноярской публике по своим работам в спектаклях ТЮЗа «Золушка», «Сон. Лето. Ночь» и «Снежная королева». За хореографию к последнему она, кстати, была отмечена на краевом фестивале «Театральная весна – 2013». Предпремьерные показы «Эстрогена» пройдут 25 и 26 сентября.

- Вы уже не в первый раз беретесь исследовать женскую природу. В Краснодарском драмтеатре у вас вышел хореографический спектакль «Тринадцать разгневанных женщин», сейчас вы вновь возвращаетесь к этой теме. Ведь начиная работу над «Эстрогеном», вы отталкивались от той постановки, не так ли?

- Да, но это будет принципиально иное решение, с другими задачами и пластическим воплощением. Вы правы, женскую природу я, наверное, буду исследовать всю жизнь. (Смеется.) Ну а как иначе – ведь я сама женщина, говорю о том, что меня волнует, заставляет размышлять и переживать. И в каждой следующей работе хочется раскрывать – в себе и в спектакле – что-то новое, еще непознанное. Поэтому моя постановка в Краснодаре сейчас уже кажется мне поверхностной, излишне бытовой. Там была тема – 13 ипостасей одной женщины. Мы брали разные женские типажи – беременная, невеста и т. п., показывали их через какую-то внешнюю характерность. Сейчас для меня типажи как таковые уже не значимы, я пытаюсь использовать условные средства, не прямолинейные. Важно не только форму очертить, но и показать глубину мысли. Скажем, если говорить о беременности женщины – почему мы порой боимся становиться матерями? Не хотим или не можем?.. А главная тема, которую мы пытаемся воплотить в нашем спектакле: женщина – это подарок. У нее огромное количество ипостасей, которые она должна в этом мире отдать, реализовать. Хочется исследовать: что с нами случается, если какой-то из наших оттенков личности становится нереализованным, этот дар вдруг оказывается никому не нужен?

- На кого гневались ваши женщины в Краснодаре?

Балетмейстер Наталья Шурганова- На мужчин, конечно же. (Смеется.) Кстати, никакой аналогии с фильмом «Двенадцать разгневанных мужчин», название шутливое. В труппе было много женщин, их нужно было занять, набралось тринадцать. В ТЮЗе у меня сейчас репетирует 14 актрис, почти у каждой какая-то самостоятельная история. Но сколько из них дойдет до финала, пока не знаю – это не принципиально и будет понятно в процессе.

И вообще – хотя драматургия спектакля строится на женских примерах, тема человеческой нереализованности при потенциальных возможностях – она общечеловеческая, можно было бы сделать акцент на «мальчиковую» историю. Просто, видимо, мне самой как постановщику ближе женская тема. Хотя она такая не в чистом виде – куда же уйти от взаимоотношений с мужчинами? (Улыбается.)

- То есть мальчики в спектакле будут?

- Конечно, и немало. Кстати, если женщины у нас изъясняются исключительно невербально – на языке тела, жеста, взгляда, - то мужчины будут говорить. Мы делаем небольшой драматургический кусочек, из романа «Школа для дураков» Саши Соколова. Ориентируемся, прежде всего, на молодежную аудиторию, с 16 лет. И мне было бы особенно интересно после спектакля поговорить с кем-то из мужчин-зрителей, получить от них обратную связь, узнать их впечатления от увиденного.

- Какая музыкальная основа у постановки?

- Мы используем много классических произведений. Плюс часть музыки пишет композитор Женя Терехина, мне очень нравится с ней работать.

- А пластическая? Какой стиль используете?

- Понамешано много всего, что-то будет рассказано на материале аргентинского танго. Но в основном это синтез пластики и современной хореографии. Каких-то красивых движений из классического балета и народного характерного танца вы здесь не увидите. Наверное, пластические спектакли в драматических театрах – веяние времени, отчасти мода, - сейчас их много где ставят. Но я не вижу в том ничего предосудительного. Наоборот – это помогает раскрыть в артистах какие-то новые профессиональные качества.

- Наталья, мы с вами все о теме говорим, а как же драматургия, на чем она вообще строится?

- В том-то и дело, что мы ее с артистами сами же и сочиняем! Спектакль запустили еще в конце прошлого сезона, я раздала им домашние задания. Как водится, половину не выполнили. (Смеется.) Но за лето во мне самой настолько многое поменялось, что я сейчас вижу эту работу совершенно иначе…

Репетиции спектакля «Эстроген»Знаете, безумно сложно работать без драматургии. В ней ты опираешься на количество сцен и мысли, которые заложил драматург, работаешь с крепкой основой. А так, поскольку сама я мастерством драматургии не владею, приходится отталкиваться от количества артистов, количества историй. А вдруг чего-то не хватит? Конечно, это риск. Каждый раз себя ругаю, что вновь соглашаюсь на такое предложение, даю себе слово, что это в последний раз, но они снова и снова ко мне приходят. Утешает лишь то, что немало пластических спектаклей делается без драматургии – может, от того они свободнее, их мысль по-другому раскрывается… Для меня это большая школа.

- А где вы учились хореографии?

- Сначала окончила Свердловское областное училище искусства и культуры – еще в те времена, когда на его базе существовал знаменитый «Эксцентрик-балет». Потом был театральный институт в Екатеринбурге, курс пластического театра, потом – Тюменская академия культуры и искусства,  курс режиссуры любительского театра. А сейчас я студентка третьего курса балетмейстерского факультета РУТИ-ГИТИСа – видимо, хореография оказалась для меня все же привлекательнее других профессий.

- Наверное, прежде много танцевали?

- К сожалению, я очень поздно пришла в танец, у меня нет профессионального хореографического образования. Вероятно, мама надеялась, что я буду хорошей скрипачкой – в детстве я действительно подавала какие-то надежды. Но… Знаете, занималась в школе искусств по классу скрипки – и с завистью и тоской смотрела на танцевальное отделение. И как только эту школу окончила, сразу же пошла в танцевальный коллектив. Так с тех пор и учусь, вечная студентка. (Смеется.)

- К какому направлению в хореографии больше тяготеете?

- Прежде меня особенно привлекала современная хореография – и сейчас ее очень люблю, много в ней работаю. Но поскольку я учусь в академическом вузе, а наша кафедра исторически радеет за сохранение балетных традиций и старается их прививать, - за два года учебы я очень полюбила классический танец. И когда я работаю с профессиональными танцовщиками, все больше реализуюсь на материале классики с неким синтезом contemporary dance. Как нам говорят в ГИТИСе: «Вы должны научиться разговаривать на языке классического танца без акцента». И в этом есть огромный смысл. Знаете, есть очень поучительная притча, когда-то я услышала ее от своего мастера по режиссуре. Один художник – авангардист, концептуалист, постоянно что-то ищет и изобретает. Но его работы не продаются, на его творчество почему-то никБалетмейстер Наталья Шургановато не обращает внимания. А другой работает в традиционной реалистической манере – пишет пейзажи, животных, рисует портреты. Имеет большой успех, его работы пользуются неизменным спросом. И вот они однажды встречаются. Авангардист сокрушается: «Почему так? Я вечно придумываю что-то новое, яркое, но это никому не нужно». Традиционалист ему ответил: «Научись рисовать собачку. Сначала докажи всему миру, что ты это можешь, а потом делай, что хочешь». Так вот, для меня путь классического танца – то же самое. Это школа, которая выкристаллизовывалась веками. Прежде мне по неведению казалось, что разговаривать на языке классики скучно и банально. А теперь я понимаю, насколько это сложно и безумно интересно. Если честно, сейчас я особенно мечтаю о классической постановке в театре оперы и балета. Там другие цели и задачи, иной способ высказывания. И мне очень хочется себя в этом попробовать.

Елена КОНОВАЛОВА
Интернет-журнал "Красноярск Дейли", 31.08.2013

 
Фасад театра юного зрителя в Красноярске

КРАСНОЯРСКИЙ ТЕАТР ЮНОГО ЗРИТЕЛЯ
Красноярск, ул. Вавилова, 25, 660025

Телефон касс: +7 (391) 213-10-32, 213-14-65

КАССА РАБОТАЕТ
ежедневно с 10.00 до 20.00
Обед: 12.30-13.00, 15.30-16.00

© 2012 — 2019 Краевое государственное автономное учреждение культуры «Красноярский театр юного зрителя»

Создание ПО сайта: Vaviloff&Quindt
Логотип: Проектно-маркетинговая группа «+1»

 

 

Результаты НОК