Отключить

Купить билеты

Пресса

Спектакли "Новой пьесы": поиски языка и смысла

06 марта 2013

"Подросток с правого берега""Новая пьеса" привезла в Москву два спектакля из Сибири - "Ручейник" театра "Старый дом" из Новосибирска и "Подросток с правого берега" из Красноярского ТЮЗа. Оба они заняты поиском языка, попыткой найти адекватную предлагаемому материалу форму. В первом случае речь идет о верности тексту, во втором - о разрушении линейности повествования, о попытке превратить драматургическую структуру в поток хаотичной информации.

"Подросток с правого берега" в постановке Романа Феодори - спектакль, важный для Красноярска, города, разделенного Енисеем не только географически, но и социально. Правый берег, где стоит ТЮЗ, - зона неблагополучия, где много неустроенной молодежи, где небезопасно и небогато. Драматурги Екатерина Бондаренко и Саша Денисова поговорили с местными шестнадцати-семнадцатилетними обитателями - о том, как им живется, о родителях, о мечтах, о любви, о толерантности, о будущем России.

Спектакль начинается с нарезки видеороликов, на которых - прототипы тех, кто сейчас выйдет на сцену. Мальчики и девочки говорят о разном, в том числе, о том, чего бы они хотели от этого спектакля, от актеров, которым доверили свои слова. Актеры ответят им со сцены - каждый представится зрителям, заранее отказавшись создавать персонаж и соглашаясь быть ретранслятором. Актеры клянутся быть искренними, не перевирать смысл и не заменять бранную лексику высокохудожественными текстами. В такой прелюдии есть желание обезопасить себя от того, что иногда случается с вербатимами - когда актеры превращают своих героев во фриков и забавных, приятных зрителю, чудиков. С другой стороны, подобное начало задает слишком требовательную пафосную ноту, заставляя зрителя воспринимать вполне тривиальные подростковые тексты как откровение, что, как ни странно, мешает слушать и слышать.

Зрители сидят на сцене, ряды размещены на поворотном круге: круг вращается, спектакль окружает нас своими героями, набирая, под конец, бешеный, мутящий, темп.

Актеры отказываются играть, но не играть невозможно: иногда они просто читают текст с листа и тогда слова становятся главными. В целом же, актеры с разной степенью удачи копируют свои прототипы, и это театральное разнообразие серьезно отвлекает от текста.

Например, девочка с косичками в клетчатой толстовке рассказывает о том, как привязался к ней на ночной улице мужик - "как банный лист". А потом - про то, как досталось ей от родственников. Она прижимает голову к груди, говорит бегло, с дефектом - потому что в жизни девочка страдает от эпилепсии.

Есть еще неудачливый с девочками парень-боксер в олимпийской куртке с красными узорами, есть девочка в растаманской шапке - гордится тем, что у нее уже есть парень. Есть бритоголовый пацан, со смехом рассказывающий о том, как гнобят они в классе двух пацанов - Рыжего и Селедкина - как будто специально они для этого созданы.

Роман Феодори придумал ход: его спектакль - это типичная школьная экскурсия в этнографическом краевом музее Красноярска. Училка с пучком, с поджатыми губами, плавными движениями указывает на персонажей: перед ней актеры, но она говорит о древних жилищах и древних людях, о традиционной культуре, об эвенках и нганасанах. Ее рассказ прерывается менторскими замечаниями зрителям - "школьникам" - сразу видно, как хорошо бы ей работалось, если б не люди... Скучный текст экскурсии прерывается рассказами подростков.

Есть еще хор матерей - женское встревоженное многоголосье, из которого постепенно проступают сольные арии. Среди множества типичных родительских рассуждений встречаются точные наблюдения, за которые хочется зацепиться, которые могли бы стать ключом к поколенческому исследованию - например, о том, что дети девяностых, болтая в чатах и соцсетях, одновременно сюсюкаются и матерятся. Язык как точный диагноз социального, психологического состояния.

К финалу спектакль снова выруливает на пафосную ноту - "Подросток с правого берега" заканчивается бессмысленной животной агрессией, прорвавшейся наружу злостью: озверелые подростки забивают бомжа. Параллельно один из них - кудрявый парень в черной куртке читает рэп, а потом - свой манифест. По пунктам - что бы он сделал, если бы стал президентом. Подростковая мельтешня в голове здесь подана с претензией на концептуальный пафос: требование единой веры и запрета иностранных товаров стоит рядом с намерением отменить возрастные ограничения на мультики.

Театр молодых режиссеров серьезно задумывается о своей социальной роли, в этом смысле спектакль Красноярского ТЮЗа - неровный, пафосный, с избытком неравноценных текстов, безусловно, значимый социальный проект.

"Ручейник" Семена Александровского про другое, про попытку рассказать историю не традиционными средствами театра. Пьеса Вячеслава Дурненкова - с последовательным изложением сюжета, с логичной, хоть и странной, историей: о том, как молодой журналист Андрей отправляется в далекую деревню, чтобы разобраться с местной легендой о некоем святом, бывшем летчике, спасенном местными жителями в войну. Приехав на место, Андрей попадает в западню, обнаружив практически сектантское устройство жизни.

Семен Александровский выстраивает свою историю как детектив, добавляя к пьесе подзаголовок "Куда делся Андрей?".

На сцене стоит стол, уставленный многочисленными мелкими предметами - скорее всего, это рабочее место Андрея. Стол обклеен стикерами, стоят какие-то необязательные безделушки, вроде маленького неваляшки. На столе книжки, папки, в тумбочке сборник "Гражданской обороны". С другой стороны, все это похоже на какую-нибудь исследовательскую лабораторию - тут и проекторы, и аппарат для слайдов, и старый магнитофон. Еще на сцене большой экран и несколько микрофонов - актеры читают тексты, бесстрастно, как свидетельства в деле. Таким образом, театр становится не рассказчиком, а исследователем, а повествование превращается в поток жизни, из которой только можно выхватывать фрагменты, и совсем необязательно, что то, что попалось раньше, в реальности тоже произошло раньше, чем последующее.

Материал театрального исследования - дневниковые записи Андрея, диктофонные записи главы странной церкви села Агафоново, комиксы, какие-то видео из ютуба, фрагмент фильма "Гостьи из будущего" - сон Андрея.

Спектакль рассчитан на клиповое сознание современного человека, на мгновенное считывание информации на разных уровнях, на взаимодействии достаточно агрессивных визуального и вербального слоев. Создав некое представление об истории, саму историю спектакль не рассказал, оставив ощущение какого-то незначительного беспричинно выхваченного из жизни фрагмента.

Анна БАНАСЮКЕВИЧ
РИА Новости, 6 марта 2013 г.

 
Фасад театра юного зрителя в Красноярске

КРАСНОЯРСКИЙ ТЕАТР ЮНОГО ЗРИТЕЛЯ
Красноярск, ул. Вавилова, 25, 660025

Телефон касс: +7 (391) 213-10-32, 213-14-65

КАССА РАБОТАЕТ
ежедневно с 10.00 до 20.00
Обед: 12.30-13.00, 15.30-16.00

© 2012 — 2019 Краевое государственное автономное учреждение культуры «Красноярский театр юного зрителя»

Создание ПО сайта: Vaviloff&Quindt
Логотип: Проектно-маркетинговая группа «+1»

 

 

Результаты НОК